Николай Шахов, главный по боеприпасам в СССР: Мы работаем на победу
Николай Шахов - один из столпов советского военно-промышленного комплекса, с 1967 года в оборонном отделе ЦК КПСС отвечал за производство боеприпасов. Именно тогда в СССР появлялись чудо-ракеты, самолеты, опережавшие свое время и другие образцы военной техники, не имевшие аналогов в мире, и вооружение к ним. О состоянии боеприпасной отрасли сегодня, о проблемах и перспективах, а также о том, как функционировал советский ВПК, он рассказывает в интервью "РГ".
Из досье "РГ"
Шахов Николай Александрович. Родился в 1931 году в Марийской АССР. Член КПСС. В 1954 году окончил Казанский химико-технологический институт им. Кирова. Был направлен в НИИ по разработке твердого ракетного топлива в г. Пермь (г. Молотов), где прошел путь от рядового инженера до главного инженера стратегического предприятия ВПК. С 1967 года - в Отделе оборонной промышленности ЦК КПСС, с 1985 года - зам. заведующего отделом. В 1991-1995 гг. - советник Отдела по вопросам обороны и безопасности государства при Президенте РФ, зав. отделом Службы государственного советника РФ по вопросам конверсии.
Награжден орденами Октябрьской революции, Трудового Красного Знамени, "Знак Почета" и рядом других наград. Лауреат Государственной премии СССР (1984, закрытым указом). Живет в Москве.
Восставшая из руин
Николай Александрович, меня недавно поразила одна цифра. Оказывается, сегодня, на пятый год спецоперации, задействовав все возможные резервы, мы производим боеприпасов в 10 раз меньше, чем в годы Великой Отечественной войны. Почему?
Николай Шахов: А что вы хотите? Ведь в 1990-е отрасль была разрушена, что называется, до основанья. 10 предприятий остались на Украине, в результате конверсии и процедуры банкротства Россия утратила еще около 50 предприятий и потеряла самую квалифицированную часть работающих. Многочисленные реформы, когда производящие боеприпасы предприятия более десяти раз, как гулящую девку, передавали из одного ведомства в другое, привели к губительным последствиям. Вместо планомерной продуманной диверсификации они оказались брошенными на произвол судьбы. Восстановление разрушенного - процесс непростой.
Тем не менее с началом боевых действий российский оборонно-промышленный комплекс был оперативно переведен на "военные рельсы" и показывает кратный рост. С 2022 года производство боеприпасов в России (снарядов, мин и ракет для реактивных систем залпового огня) выросло более чем в 17 раз. По отдельным номенклатурам поставки увеличены до 50 раз. Но сравнивать сегодняшние цифры с данными 1940-х годов не совсем корректно. Если тогда речь шла о массовом производстве простых и дешевых "болванок" (осколочно-фугасных снарядов), то сегодня акцент на модернизацию, выпуск управляемых снарядов, унифицированных модулей планирования и коррекции (УМПК) для авиабомб и других "умных" изделий. Если СССР делал ставку на "абсолютное количество", выпуская десятки миллионов снарядов в год, чтобы "перемолоть" оборону противника, сегодняшняя Россия производит меньше по "штукам", но делает это в условиях значительно более сложной логистики и требований к точности.
Однако и 7 миллионов единиц боеприпасов в год - это очень высокий темп по меркам XXI века. Не случайно генсек НАТО Марк Рютте недавно признал, что Россия восстанавливается невиданными в современной истории темпами, за три месяца производя втрое больше боеприпасов, чем весь Североатлантический альянс за год. При этом важно учитывать, что современная война "съедает" боеприпасы быстрее, а стоимость одного выстрела (например, 152-мм снаряда - около 100 тыс. рублей) несопоставимо выше, чем у снарядов времен Великой Отечественной.
А что еще, кроме снарядов и управляемых авиабомб, сегодня выпускают предприятия отрасли?
Николай Шахов: Номенклатура весьма широка. Здесь и средства ближнего боя для всех видов вооружений, твердотопливные двигатели для ракет всех классов - от противотанковых до комплексов стратегического назначения, а также мощные взрывчатые вещества для ядерных боеприпасов и ракет стратегического назначения. Объемно-детонирующие термобарические композиции и базовые элементы для тяжелых огнеметных систем залпового огня "Буратино", "Солнцепек" и "Тосочка", а также гранатометов "Шмель". Специальные боеприпасы для дронов - наши специалисты разработали для них линейку сбрасываемых средств поражения и оперативно развернули их крупносерийное производство. Одновременно производятся спортивно-охотничьи патроны и их комплектующие, взрывчатые вещества промышленного применения. И много чего еще.
Какая сейчас, на ваш взгляд, главная проблема стоит перед боеприпасной отраслью?
Николай Шахов: Не хватает людей, квалифицированных кадров. Обычных слесарей, токарей, фрезеровщиков. Работает очень много пенсионеров - вернули всех, кого смогли. Заводы работают сутками, беспрерывно, без выходных и праздников. Ведь дефицит боеприпасов не заменит личная храбрость офицеров и солдат, без них эффективность самых новых технологий сводится к нулю, а самолеты и корабли, танки и орудия превращаются в груду высокоинтеллектуального металлолома. Потому заводы - и в Перми, самый мощный, и в Казани - второй по значимости, в Каменске, и другие, что помельче, - продолжают расширяться, деньги туда вкладываются серьезные. Все понимают: мы работаем на войну, на победу - и не жалеют сил.
Естественно, выходят из строя и производства. Многие из них уже десятилетия не ремонтировали. Так что еще одна серьезная проблема - в состоянии оборудования.
Сохраняется и ведомственная разобщенность. С 2020 года управление отраслью согласно решениям Госкорпорации "Ростех" осуществляет АО "Технодинамика". И это решение оказало положительное влияние. Вместе с тем ряд предприятий по производству боеприпасов и спецхимии остается в Министерстве промышленности и торговли, при этом многие приватизированы и находятся в частной собственности. По этой причине некоторые накопившиеся проблемы комплексного решения не находят.
В итоге так мощно развиваться, как раньше, мы уже не можем. Ни по рабочей силе, ни по оборудованию. Мы уже и на Луну не можем полететь, и "Буран" повторить не можем, и еще многое, что могли. Хотя все же двигаемся вперед - в меру возможностей сегодняшнего дня.
От генеральных конструкторов - к менеджерам
Не раз говорилось и еще об одной проблеме - ослаблении роли генеральных конструкторов.
Николай Шахов: Есть и это. Дело в том, что и генеральных конструкторов-то сейчас у нас осталось очень-очень мало. Вместо них - засилье менеджеров, как сейчас называют специалистов. И слово-то какое-то не русское. А кто такой менеджер? Вот у меня внук работает на предприятии. Я спрашиваю: ты кто? Менеджер. А кто такой менеджер? Ему дали машину и поручили перевозить медицинские изделия. И вот теперь он менеджер.
Я в свое время постоянно встречался с генеральными и главными конструкторами, включая Сергея Павловича Королева, Петра Дмитриевича Грушина, Александра Давидовича Надирадзе, Аркадия Георгиевича Шипунова и многих других. Они играли величайшую роль во всех проектах. Никаких менеджеров, ничего подобного не было. А была прямая связь между генеральным или главным конструктором и Министерством обороны, его главными управлениями. И никакой прослойки, никаких посредников. А сейчас у нас засилье бюрократии.
К тому же на руководящие посты часто назначают людей, которые не прошли все ступеньки. Чьи-то дети, родственники...
Николай Шахов: Мы в оборонном отделе ЦК КПСС занимались кадровой политикой, и чтобы человек, допустим, из начальника цеха перешел в главные инженеры, должно было пройти определенное количество лет, за которые он приобретал опыт. То есть были специалисты, предварительно поработавшие на всех должностях. Семейственность исключалась полностью. Если человек не справлялся, принималось кадровое решение не только по сотруднику, который не оправдал доверия, но и по тому, кто двигал его наверх. Такой подход позволял выявлять и продвигать наиболее талантливых, работоспособных, увлеченных и отсеивать некомпетентных. Сейчас так бывает далеко не всегда.
Какие сегодняшние изделия боеприпасной отрасли вы бы выделили?
Николай Шахов: Начну с того, что целый ряд образцов боеприпасов, разработанных в 1980-90-е годы, до сих пор не уступают по боевой эффективности лучшим зарубежным аналогам. Это и новое поколение выстрелов для САО "Гиацинт" и новой гаубицы "Мста", что позволило отечественной артиллерии в 1980-е годы выйти на передовые позиции в мире. Был создан уникальный боекомплект малокалиберных 30-мм выстрелов, что существенно повысило огневые возможности мотострелковых войск и армейской авиации.
Серьезным этапом в развитии отрасли стало принятие на вооружение реактивной системы залпового огня "Град" (122-мм калибр), что повлекло за собой создание новых технологий и новых производств. Ряд принципиально новых технических решений, воплощенных в конструкции реактивного снаряда, явился основой для создания одной из лучших в мире реактивных систем залпового огня "Смерч".
О том, что производится сегодня, можно говорить долго. Тоже есть интересные решения. Например, начато промышленное изготовление пороха из альтернативных видов сырья - древесной и льняной целлюлозы. Испытания и практические стрельбы показали, что он не уступает традиционному. Недостатка в древесном сырье в России нет, так что в перспективе доля нового сырья в производстве порохов может достичь 70 процентов. В инициативном порядке одно из предприятий оперативно разработало малокалиберный выстрел с многоэлементным снарядом и дистанционно управляемым взрывателем. Конструкция этого изделия содержит поражающие элементы, которые после командного подрыва снаряда создают направленное навстречу дрону поле поражающих элементов.
Рассматривается использование 57-мм или 30-мм артиллерийских шрапнельных выстрелов с управляемым дистанционным подрывом на базе комплексов "Деривация-ПВО" и "Тайфун-ВДВ". Для защиты самолетов, вертолетов и наземной техники от высокоточного оружия в войска поставляется более 20 типов помеховых патронов, которые могут ставить разные виды ложных целей. Производится большой спектр аэрозольных маскирующих и помеховых средств - от ручных дымовых гранат и мин до дымовых комплексов по защите.
Вместе с тем сегодня технический уровень боеприпасов во многом обеспечивается заделом, созданным в СССР, поэтому требуются новые амбициозные разработки с использованием новых принципов действия.
Как это было
Не все уже помнят: как функционировал советский оборонно-промышленный комплекс?
Николай Шахов: Наши предшественники в СССР построили сложноструктурированную, но при этом четкую и эффективную систему оборонно-промышленного комплекса. В него входили девять министерств: оборонной промышленности, среднего машиностроения, общего машиностроения, боеприпасов, судостроительной промышленности, авиационной промышленности, радиопромышленности, электронной промышленности и средств связи. Сейчас - ни одного. Плюс тогда была Военно-промышленная комиссия (ВПК) Совета Министров СССР - очень влиятельный орган, у истоков которого стоял легендарный Дмитрий Федорович Устинов. ВПК координировала работу этих девяти министерств, а также Минобороны, Госплана, Академии наук и отраслевой науки. И был результат - мы лидировали в космосе, в ряде других военных направлений. Сегодня Военно-промышленная комиссия осталась, но способна ли она в нынешнем виде решать стоящие перед "оборонкой" задачи?
Как формировался состав Военно-промышленной комиссии?
Николай Шахов: В ее состав входили все девять министров оборонного комплекса, начальник Генштаба, замминистра обороны по вооружению, зампред Госплана, вице-президент Академии наук. Все они были прежде всего специалистами, как правило, прошедшими все "точки роста", начиная от низшего управленческого звена до самых высоких административных должностей. Многие из них начинали свою производственную деятельность с рабочих профессий.
А оборонный отдел ЦК КПСС в основном занимался кадровой политикой, подбором и расстановкой людей на ключевые посты, отслеживая состояние оборонной промышленности, но при этом не пытаясь подменять государственные органы. Костяк его составляли люди, пришедшие из реальных производств и научных институтов. Не финансисты, менеджеры и журналисты, а именно люди, прошедшие школу производства. Я, например, специалист в области боеприпасов, - соответственно, и вел эту тематику, курируя Министерство оборонной промышленности, машиностроения и среднего машиностроения.
Важнейшим фактором, влияющим на выдающиеся достижения в науке и технике того времени, безусловно, была отраслевая наука как основной инструмент адаптации фундаментальных научных знаний в реализации важнейших научно-технических достижений. В качестве примера могу привести создание гражданской атомной энергетики, запуск первого искусственного спутника Земли, полет Юрия Гагарина, разработку системы "Энергия-Буран". Все эти гражданские достижения явились миру прежде всего как производная деятельности ВПК.
Каково, по-вашему, главное отличие боеприпасной отрасли и ВПК в целом времен СССР от нынешних?
Николай Шахов: Отсутствует система. Ее развалили, а вместо нее ничего не создали. А вот Китайская Народная Республика эту систему переняла, ухватилась за нее, и у них она работает. И по многим видам они сейчас впереди нас - и по космосу, и по робототехнике, по авиации, и много еще где. Ведь система - это не бумажки и не печати. Это вертикаль ответственности, где каждый знает: за провал ответишь головой, а за успех получишь не только звание, но и реальную власть что-то менять. Это когда генеральный конструктор имеет право сказать свое слово министру и Генштабу, и это слово - закон. Это когда завод не передают из рук в руки, как ненужную вещь, а берегут как стратегический актив. Эту систему создавали не годы - десятилетия, на крови и опыте войны. А разрушили - за несколько лет лихих 90-х. И теперь мы, ветераны ВПК, смотрим и видим: вы собираете станки с колес, восстанавливаете цеха из руин, учите молодежь заново. Но чтобы догнать самих себя образца 1985 года - нужно не просто финансирование. Нужно вернуть уважение к инженеру, к рабочему, к конструктору. Пока этого нет - мы будем работать, как на войне, но с одной рукой, привязанной за спину.
В тему
Рабочий
Он стоит пред раскаленным горном,Невысокий старый человек.Взгляд спокойный кажется покорнымОт миганья красноватых век.Все товарищи его заснули,Только он один еще не спит:Все он занят отливаньем пули,Что меня с землею разлучит.Кончил, и глаза повеселели.Возвращается. Блестит луна.Дома ждет его в большой постелиСонная и теплая жена.Пуля, им отлитая, просвищетНад седою вспененной Двиной,Пуля, им отлитая, отыщетГрудь мою, она пришла за мной.Упаду, смертельно затоскую,Прошлое увижу наяву,Кровь ключом захлещет на сухую,Пыльную и мятую траву.И Господь воздаст мне полной меройЗа недолгий мой и горький век.Это сделал в блузе светло-серойНевысокий старый человек.
1916 г.