Под прикрытием секретности: в чем на самом деле обвиняют бывшего замминистра обороны Цаликова
Новый громкий коррупционный скандал, связанный с Министерством обороны: вслед за Тимуром Ивановым под уголовным преследованием оказался и другой бывший замминистра – Руслан Цаликов. В бытность Сергея Шойгу главой военного ведомства, Цаликов курировал вопросы жилищного обеспечения, строительства, капитального ремонта и управления имуществом. Как говорится, хлебное место.
Бывшему заму инкриминируют поставки втридорога в войска вещевого имущества, в том числе обмундирования, через АО «Военторг». Ущерб военному ведомству превышает 6,6 млрд руб. По данным СКР, похищенные средства были отмыты через коммерческую недвижимость.
По должностной обязанности Цаликов выступал одним из кураторов деятельности АО «Гарнизон» — акционера и учредителя «Военторга». Если версия следствия верна, хищения в «Военторге» могут быть напрямую связаны с обвинением замминистра в растрате. Всего речь идет о 12 эпизодах растраты и отмывания денег и двух случаях получения взяток. 69-летнему Цаликову грозит до 20 лет строгого режима.
Коррупционные скандалы сотрясают военное ведомство с 1990-х. Все началось с расследования в связи с хищениями при выводе из Германии Западной группы войск в 1990-1994 годах. Пресса писала, что большое количество вооружения и военной техники при возвращении в РФ исчезло и вскоре было обнаружено в странах третьего мира.
Летом 1996-го Минобороны потряс мощный скандал: генералитет обвинялся в коррупции, строительстве особняков и приобретении иномарок на бюджетные средства. 17 июня того года подал в отставку министр обороны Павел Грачев, были освобождены от должностей сразу семь генералов его «ближнего круга».
«Прославился» и последователь Грачева Анатолий Сердюков, руководивший военным ведомством с 2007 по 2012 годы. При нем грянул коррупционный скандал с «Оборонсервисом». По версии следствия, глава холдинга Евгения Васильева продавала недвижимость и акции по заниженным ценам структурам, аффилированным с ее знакомыми, и нанесла государству ущерб на 3 млрд руб. Васильева была осуждена на 5 лет, до этого президент отправил Анатолия Сердюкова в отставку, «чтобы создать условия для объективного расследования». Новым министром стал Сергей Шойгу.
С самого начала его руководства в Минобороны заговорили о хищениях. Первым стал скандал с «Воентелекомом». По версии следствия, его руководители Давыдов, Савицкий и Семилетов при заключении контрактов с Минобороны на поставки радиотехники использовали схемы для завышения стоимости продукции. Изделия, как полагают в СКР, в нарушение контрактов производились в Китае, а в России их только собирали. Ущерб был оценен в 1,4 млрд рублей.
В апреле 2024-го был задержан Тимур Иванов. Его признали виновным по делу о растрате 216 млн рублей. Он получил 13 лет колонии и штраф в размере 100 миллионов. Но это еще не предел, идут судебные слушания по другим эпизодам.
Почему вместо того, чтобы обеспечивать обороноспособность страны, военное ведомство регулярно фигурирует в уголовных делах, связанных с имущественными вопросами, хищениями, взятками? Почему под крышей Минобороны создан по сути аналог ОПГ? «СП» попросила прокомментировать генерал-лейтенанта полиции Александра Михайлова.
– Почву для коррупции в Минобороны создают огромное финансирование, закрытый бюджет, при этом контролирующие органы фактически не получают доступ к информации. Все первые лица в Минобороны почти всегда были ограждены от проверок. Все прикрывалось секретностью. Сейчас, при министре Андрее Белоусове, начали вскрываться многие хищения, потому что он как экономист заинтересовался финансовой стороной работы ведомства: на СВО нужны средства.
«СП»: Чем может закончиться расследование «дела Цаликова»?
– Если следствие докажет связь с делом «Военторга», то фактически это ущерб материальному обеспечению войск в период военной операции. Мы все помним, как мобилизованные осенью 2022 года сами покупали себе обмундирование. Это непростительно. Не исключаю, что в ходе расследования дела Тимура Иванова вскрылась причастность к хищениям и Руслана Цаликова.
Коррупция верхушки Минобороны наводит на мысль, что во время спецоперации фактически все руководство было задействовано там в противозаконных схемах. Сейчас, когда государство остро нуждается в средствах на СВО, происходит изъятие имущества коррупционеров. Это еще и показательные процессы.
«СП»: Как пресечь коррупцию в Минобороны? Ведь без малого 30 лет мы узнаем о преступных схемах в этом ведомстве.
– Прежде всего, необходим контроль над сметами, движением бюджетных средств. Тут должны сказать свое слово Счетная палата, Налоговая служба, надзорные органы. Хищения надо пресекать на корню. И еще один вывод: к министру обороны у президента традиционно высокая степень доверия, поэтому на работу этого ведомства часто закрывали глаза. Этим пользовались коррупционеры. Контроль должен быть, причем жесткий, – подытожил эксперт.
Какие выводы стоит сделать из коррупционных скандалов последних лет в Минобороны? «СП» попросила высказаться доктора политических наук, депутата Госдумы (КПРФ) Сергея Обухова.
– Ситуация парадоксальная. Мы вошли в СВО, по сути, имея в Минобороны структуру, похожую на ОПГ. Два заместителя министра фигурируют в делах о миллиардных хищениях, и это в период, когда мы находимся в состоянии вооруженного конфликта. При анализе всех скандалов, связанных с Минобороны за последние 30 лет, напрашивается вывод: там какой-то системный сбой. Минобороны напрямую подчиняется Верховному главнокомандующему, и в этой связи возникают вопросы: почему столько доверия и так мало контроля?
СВО идет уже больше 4-х лет, и мы не можем достичь всех поставленных целей, зато регулярно узнаем о хищениях в Минобороны. По сути, там регулярно создают преступные вертикали.
Когда у КПРФ было в Думе больше голосов, мы требовали жесткого контроля над силовыми структурами. Именно КПРФ стала инициатором отставки Анатолия Сердюкова. Сейчас, когда 2/3 депутатского корпуса – «ЕР», наши возможности ограничены, и требовать отчета от Сергея Шойгу мы не смогли, нас тормозила партия власти. Вывод один: стране нужна сильная оппозиция, и на выборах 2026 года избиратели должны сделать выбор в пользу этого.