«Сталинград» во льдах: как будем отбивать Арктику у натовских «партнеров»

Антироссийские заявления НАТО становятся всё громче, а учения альянса — всё ближе к нашим границам, в том числе к северным. В Кремле приняли решение: Арктика должна стать неприступной крепостью. «МК» попросил военного эксперта, капитана 1 ранга Василия Дандыкина прокомментировать, что реально происходит на Северном морском пути и как его нам защищать. Оказывается, восстановленные базы на островах — это лишь вершина айсберга. Главное скрыто под водой.

- Василий Алексеевич, в последние годы мы все чаще слышим об Арктике не только в контексте экономики или экологии, но и в сводках новостей о военных учениях, патрулировании стратегических бомбардировщиков и заявлениях НАТО. Получается, что высокие широты превращаются в новый потенциальный театр военных действий. Так?

— Это свершившийся факт. Военно-политическая обстановка в Арктике деградирует с угрожающей скоростью. Мы наблюдаем на фоне потепления климата резкое «политическое похолодание». Западные страны во главе с НАТО отказались от принципа «высокие широты — низкая напряженность», который десятилетиями позволял сохранять регион зоной мирного сотрудничества.

- Какова роль Северного морского пути в этой новой реальности?

- Сегодня Северный морской путь — это ключевая стратегическая коммуникация, имеющая первостепенное значение для обороноспособности страны. Через Севморпуть осуществляется не только снабжение гражданских объектов, но и передислокация сил, обеспечение наших северных гарнизонов. Остров Врангеля, Чукотка, Новосибирские острова — там сегодня находятся гарнизоны Восточного военного округа и Тихоокеанского флота. Это форпосты, которые прикрывают наш северный фланг.

- Действительно ли активность альянса в регионе так возросла, что требует адекватного ответа? Ведь еще недавно Арктика считалась территорией диалога.

- Безусловно. Интенсивность и размах учений НАТО растут, и они приобретают все более наступательный и агрессивный характер. Семь из восьми арктических государств (США, Канада, Дания, Норвегия, Исландия, Финляндия, Швеция) теперь являются членами НАТО, что создает практически полностью интегрированную систему безопасности на западной окраине Арктики. К маневрам активно привлекаются внерегиональные страны. Мы видим, как Финляндия и Швеция вливаются в военные структуры альянса на севере.

Есть и обратная сторона медали. Против России в Арктике применяются нелегитимные санкционные меры, цель которых — заблокировать развитие нашей Арктической зоны. Нас фактически выдавили из Арктического совета, разрушив механизмы сотрудничества. В этих условиях мы просто обязаны обеспечить безопасность своих рубежей. И делаем это эффективно. Например, недавние маневры стратегических бомбардировщиков Ту-160, которые патрулировали Северный Ледовитый океан в течение 11 часов, вызвали вполне ожидаемую реакцию в штабах НАТО. Это не демонстрация мускулов, это демонстрация возможности защитить свои интересы на любом направлении.

- В чем заключается наше военное преимущество в Арктике? Часто говорят о ледоколах, но ведь для войны нужны не только они.

- Наше преимущество — комплексное. Россия контролирует более половины арктического побережья, и мы рассматриваем эту зону как прямое продолжение национальной территории. Начиная с середины 2000-х годов мы запустили масштабную программу модернизации военной инфраструктуры, и сегодня она не имеет аналогов.

Сердце этой системы — Кольский полуостров, где базируется Северный флот. Это краеугольный камень нашего морского ядерного сдерживания. Здесь сосредоточено примерно две трети ядерного потенциала ВМФ — атомные подводные лодки классов «Борей» и «Антей», которые несут боевое дежурство подо льдами. Это наш «бастион» — высокозащищенная зона в Баренцевом и Карском морях.

Далее — сеть баз и аванпостов. На Земле Франца-Иосифа (база «Нагурское») развернуты комплексы С-400 и радары дальнего обнаружения. На Новосибирских островах — «Северный трилистник» с радарами «Сопка-2» и береговыми ракетными комплексами «Бастион», которые перекрывают доступ к Севморпути. Мы восстановили аэродромы на Новой Земле, в Тикси, на мысе Шмидта. Это позволяет нам контролировать воздушную обстановку на всем протяжении от Мурманска до Чукотки.

И, конечно, ледоколы. Наш ледокольный флот — это корабли двойного назначения. Атомные ледоколы проекта 22220, такие, как «Арктика» или «Якутия», способны проводить военные конвои, обеспечивать высадку десанта и служить командными пунктами в ледовых условиях. У нас 7-8 атомных ледоколов и более тридцати судов ледового класса. Для сравнения: у США — единицы устаревших судов. Это дает нам уникальную мобильность, которую противник компенсировать пока не в силах.

- Действительно ли отработка таких операций — это уже реальность, или пока только теория?

— Это уже рутина. В сентябре прошлого года Северный флот провел масштабные учения на острове Земля Александры (архипелаг Земля Франца-Иосифа). По легенде, наши морпехи отбивали захваченный условным противником плацдарм. Работали все рода сил: корабельная артиллерия большого противолодочного корабля «Североморск» нанесла удар по позициям, палубные вертолеты Ка-27 высадили тактический десант, а затем большой десантный корабль «Александр Отраковский» высадил на необорудованное побережье самоходные установки разминирования и двухзвенные вездеходы.

Это отработка сценария, при котором нам придется защищать свои острова и коммуникации в условиях Арктики. Личный состав показал высокий уровень выучки. Мы готовы действовать в экстремально низких температурах, на незнакомом побережье, в условиях полярной ночи. И, заметьте, это учения Северного флота. А на Чукотке у нас есть свои гарнизоны Тихоокеанского флота, которые прикрывают восточный сектор Севморпути.

- СВО потребовала переброски значительных сил. Не ослабило ли это нашу арктическую группировку? Насколько мы готовы к реальному конфликту здесь и сейчас?

- Да, определенные подразделения, например, 200-я отдельная мотострелковая бригада, были задействованы в зоне СВО и понесли потери. Это потребовало времени на восстановление. Но стратегические активы — подводный флот, береговые ракетные комплексы, системы ПВО — остались на месте и функционируют в штатном режиме. Более того, реорганизация военных округов позволила нам по-новому выстроить систему управления.

Нельзя смотреть на Арктику изолированно. Это часть общей системы обороны. И сейчас мы отдаем приоритет поддержанию сети из примерно тридцати военных объектов и объектов двойного назначения вдоль всего побережья. Ключевые узлы — Кольский полуостров, Земля Франца-Иосифа, Новосибирские острова, Чукотка — находятся в полной боевой готовности.

Кроме того, наращивается активность в воздухе. Полеты стратегических ракетоносцев над нейтральными водами Северного Ледовитого океана стали регулярными. Это сигнал: любой потенциальный агрессор должен понимать, что Арктика для нас —территория, защищенная всеми доступными средствами, включая ядерное сдерживание. Преимущество России в регионе сохраняется, и западные эксперты это признают.

- И все же, для чего все это простым людям в Магадане, Архангельске или Мурманске? Как военное присутствие влияет на их жизнь?

- Самым прямым образом. Военные базы —это еще и рабочие места для местных жителей, это строительство дорог и инфраструктуры. Но главное — безопасность. Северный морской путь — это дорога жизни для северных поселков. По нему идет «северный завоз»: топливо, продукты, медикаменты. Если эту артерию не защищать, любой кризис оставит людей без света и тепла.

Кроме того, военные гидрографы и специалисты Русского географического общества постоянно проводят исследования: изучают дно, течения, ледовую обстановку, вечную мерзлоту. Это не только оборонные задачи, но и наука. Мы должны понимать, как меняется климат, как тают ледники, чтобы прогнозировать развитие региона. Так что военное присутствие — это гарантия стабильности и предсказуемости для миллионов наших граждан, которые живут и работают на Севере.

- Может ли Арктика стать ареной прямого столкновения?

- Мы к этому не стремимся. Наша цель — сдерживание, создание условий, при которых у НАТО не возникнет соблазна проверить нас на прочность. Мы видим, как Евросоюз анонсирует закупку вооружений, пригодных для Арктики, включая ледоколы. Мы слышим заявления о расширении притязаний на шельф. Напряжение будет только расти, потому что ресурсы Арктики — это 13% мировых запасов нефти и треть газа — слишком лакомый кусок.

Мы продолжим наращивать группировку, строить новые ледоколы, такие, как «Лидер», модернизировать аэродромы. Через несколько лет мы обеспечим не только круглогодичную навигацию по Севморпути, но и надежное прикрытие всей арктической зоны. Это наша земля, наша история и наша ответственность. Мы готовы к любым сценариям, но надеемся, что благоразумие восторжествует. Хотя, судя по действиям наших «партнеров», рассчитывать приходится только на себя и свою армию.