«Если применим силу, всем будет лучше»: профессор Межевич назвал средство против блокады РФ на Балтике

Четырнадцать европейских стран во главе с Британией заявили о намерении жестко поступать в отношении судов так называемого теневого флота РФ. Парадокс в том, что такого термина - «теневой флот» - нет в международном морском праве. Его придумали, чтобы Россия не могла обходить санкции, незаконно, в обход ООН, введенные против нашей страны. О том, как России следует отвечать на эти возведенные в противозаконный квадрат шаги Запада, «МК» рассказал профессор, главный научный сотрудник Института Европы РАН Николай Межевич.

Кого же сумел вовлечь в морскую войну с Россией Лондон? Это Бельгия, Дания, Эстония, Финляндия, Франция, Германия, Исландия, Латвия, Литва, Нидерланды, Норвегия, Польша и Швеция. Текст совместного заявления опубликован на сайте правительства Великобритании.

В нем, в частности, говорится, что любой российский танкер, который меняет флаги, отключает транспондер или работает без документов и страховки, считается «судном без государства». Такие суда теперь можно задерживать и досматривать в международных водах без разрешения России.

При этом Россия обвиняется в «создании угроз судоходству в Балтике через вмешательство в работу спутниковой навигации».

По мнению ряда экспертов, согласованные действия этой морской коалиции можно расценивать, как политически и юридически закрепленную блокаду, которая ограничивает доступ России к стратегически важному морскому маршруту. Иными словами, Запад решил законопатить «окно в Европу», 300 лет назад прорубленное Петром Первым.

Обозреватель Юрий Баранчик на этот счет замечает: «Подобный коллективный демарш - это не просто санкция, а ультиматум с прямыми силовыми последствиями, фактически легализующий акт военно-экономической блокады в стратегически важном регионе. Ну, а что мы хотели? Мы ...не отреагировали на захват нашего танкера французиками. Они посмотрели - мы не отвечаем. Значит, можно раскручивать спираль эскалации и дальше - мы же не реагируем».

- В этом «заявлении четырнадцати» особо нового нет, ничего удивительного тоже нет, но порассуждать есть о чём, - говорит Николай Межевич. - Да, Петр Первый основал стольный град на брегах Невы, потом понял, что надо двигаться дальше. Затем были Нарва, Ревель, Рига... И даже тогда проблему «окна в Европу» до конца решить не удалось, потому что впереди оставались Датские проливы. То есть всё было сделано правильно, но результат получился относительный.

Петр Первый все это понимал. Именно поэтому Россия со времён того же Петра Великого пыталась выстроить нормальные отношения с европейскими странами. Получалось, мягко говоря, не всегда: то французы при Наполеоне набегут, то шведы опять безобразничать начнут, ну, и Германия не один раз ходила на восток.

Что из этого следует? То, что на Балтийском море для нас стратегически есть, например, такой путь: нанесение противнику, который нас пытается блокировать, неприемлемого ущерба.

- Что имеется в виду?

- Понятно, что никто сражаться с той же Великобританией не будет. Хочется, но не надо. Это сильная, к тому же ядерная страна — не надо. Но понятно, как действует Великобритания. Она настраивает, фактически управляет военно-морской политикой Финляндии, Литвы, Эстонии, Латвии и, в принципе, Польши тоже.

Поэтому, если эти страны захватывают наши суда, прежде всего танкерного флота, значит, необходимо выстраивать систему конвоев. Я об этом уже не раз говорил. Необходимо выстраивать систему добровольного флота, как было когда-то в XIX и в начале XX веков. Тогда, если помните, были суда, которые при необходимости доставали пушки из трюмов и устанавливали их на борту ввиду угрозы захвата. Были даже суда-ловушки. Это уже привет немецкому опыту, когда ползёт где-нибудь «ржавый торговец», как тогда говорили, к нему подходит британский тральщик - «торговец» сбрасывает фанерные щиты, и британский тральщик отправляется на дно. Как-то так. 

Подчёркиваю, с Британией по возможности ссориться не надо. Потому что с Британией невозможно будет ссориться в промежуточном варианте, придётся уже решать вопрос радикально. А вот в случае захвата нашего судна, ну, например, Эстонией, необходимо хорошее, заранее сделанное юристами обоснование, что это пиратский акт. Истории борьбы с пиратами примерно столько же лет, сколько истории флота. То есть со времен финикийцев пиратов всегда наказывали повешением на реях.

Если тот же британский флот лет 200-300 назад отлавливал, например, французских или испанских пиратов, то не просто их вешал на реях, а вешал после разного рода неприятных процедур, а затем разводили костёр, потому что британские офицеры считали, что копчёный испанский пират гораздо вкуснее, чем обычный, хотя сами всё-таки не ели, выбрасывали в море акулам.

Или, к примеру, в Индийском океане в XVII веке арабские пираты захватили испанское судно, а потом испанское судно захватило этих арабских пиратов. Так, испанцы отрезали пиратам уши и носы, и на их место пришили собачьи, и в таком виде вернули друзьям и родственникам.

Я, разумеется, не предлагаю действовать так же. Все-таки XVII век уже прошёл. Но иного подхода, других таблеток против пиратов не придумалось. В случае с пиратством не бывает альтернатив, здесь не может быть переговоров. То есть как переговоры могут быть. Сначала вы показываете противнику свою силу, а потом — переговоры.

Вот при таком отношении пиратство регулируется достаточно быстро. Потому что современный спецназ военно-морских сил Эстонии, Латвии, Литвы или Финляндии превращаться в копчёный свиной окорок не захочет. Это риски, которые выводят их из статуса участников военных действий и переводят в статус, как я уже говорил, грудинки свиной некачественной.

- Николай Маратович, как вы думаете, почему это «заявление четырнадцати» появилось сейчас. Ведь наш президент предупредил о жестком ответе в случае попытки нашей блокады на Балтике. Не боятся нас?

- Вот какая штука: они боятся, но им отступать некуда. Вся внешняя политика Финляндии, Эстонии, Латвии, Литвы, Швеции — зиждется на таком большом градусе противостояния с Россией, что его можно только увеличивать, а вот в обратную сторону шкала не работает. Поэтому, по большому счёту, не только нам, но и им будет лучше, если мы применим силу. Они тогда будут вынуждены и смогут объяснить своим людям, что, мол, да, мы, конечно, правы, мы хорошие, а русские - плохие, но, вы видите, они наших мирных спецназовцев, которые высадились на их танкер, просто поджарили, как собак, и у нас пропали почему-то добровольцы, которые хотят быть жареными собаками.

Они будут при этом ссылаться на какие-то документы, договора, но на самом деле никакая конвенция по международному морскому праву не разрешает проводить пиратские действия. И это все прекрасно знают. К тому же, когда все видят, что если Трампу можно в Гренландию, а все остальные могут подвинуться, то ссылки на международно-правовые документы в принципе уже не работают.