В тени Донбасса: Херсон и Запорожье в ходе переговоров почти не всплывают. А плацдарм ВСУ нависает над Мелитополем
Прошедшие в Абу-Даби трехсторонние переговоры между Россией, Украиной и США еще раз продемонстрировали, что одним из основных препятствий на пути к заключению мирного соглашения между Москвой и Киевом остаётся территориальный вопрос, касающийся части Донбасса и районов в Новороссии.
Этот вопрос практически блокирует прогресс в мирных переговорах. Россия требует вывода украинских войск из ЛНР и ДНР, киевский режим, в свою очередь, категорически отвергает идею односторонних уступок, подчёркивая, что любые изменения границ должны быть предметом всеукраинского референдума, подчеркивает Financial Times.
Reuters подчёркивает, что контроль над северо-западной частью Донбасса (включая Краматорск и Славянск) жизненно важен для украинской обороны, а уступка территорий вызвала бы серьёзные последствия для безопасности киевского режима.
Западные источники также отмечают, что в обсуждаемом мирном плане Трампа предусматриваются варианты создания демилитаризованных зон по линии соприкосновения в Донбассе. Такая концепция подразумевает вывод тяжёлых вооружений и создание пространства под международным мониторингом, но не предусматривает передачу территории России.
Эту идею в своих публикациях упоминают западные дипломаты и военные аналитики: замена прямого территориального контроля на контроль над демилитаризованной зоной может стать компонентом будущих договорённостей. Однако реализация такого подхода вызывает множество вопросов - в том числе о механизмах мониторинга, роли международных сил и гарантиях безопасности для обеих сторон.
Помимо чисто политического и военного значения, Донбасс имеет и экономическое значение, что может усложнить переговоры. Reuters пишет, что окончательная потеря контроля над промышленной инфраструктурой, энергетическими узлами и минеральными ресурсами Донбасса — это удар по макроэкономической устойчивости Украины. Впрочем, все эти ресурсы и так для Владимира Зеленского недоступны. Но он хочет сохранить хотя бы призрачную надежду хоть когда-то вернуть их себе.
Опрошенные западными изданиями европейские и американские эксперты подчёркивают, что даже если стороны найдут формулу для создания демилитаризованных зон, общественное мнение на Украине остаётся решительно против уступок территорий, констатирует Reuters. Этот фактор усиливает давление на украинское руководство, заставляя искать компромиссы, которые не будут рассматриваться как капитуляция.
Делая прогнозы относительно перспектив мирного урегулирования конфликта, западные аналитики сейчас говорят в основном о Донбассе, тогда как судьба Новороссии остается на периферии внимания. Между тем, вывод ВСУ из Запорожской и Херсонской областей — это тоже одно из условий мирных переговоров.
Сейчас в Херсонской области активные боевые действия почти не идут, в отличие от Запорожской, где российские войска продвигаются сразу по трем векторам: к северу от Степногорска (это восточный берег Каховского водохранилища, от ЛБС до границ Запорожья осталось всего 12 км), к югу и юго-востоку от Орехова и к западу от Гуляйполя.
Foreign Policy по итогам переговоров в Абу-Даби пишет, что любые проекты мирных соглашений могут включать положения о замораживании боевых действий по линии фронта в Запорожской области и контроль за прекращением огня, о немедленной передаче территорий речь пока не идет.
В августе прошлого года начальник Генштаба ВС РФ Герасимов говорил, что по контролем российских войск находится 76% территории Херсонской области и 74% - Запорожской. С тех пор цифры по Запорожской области наверняка изменились, поскольку российские войска продвинулись вперед, освободив в том числе город Гуляйполе и прилегающие к нему районы и тот же Степногорск. Но ВСУ контролируют областные центры – Херсон и Запорожье.
Издание отмечает, что один из вариантов, который пока кажется приемлемым для обеих сторон, — это создание в Новороссии буферной зоны с международным присутствием. По крайней мере, такой сценарий обсуждаются западными экспертами как возможное средство предотвращения эскалации.
Западные аналитики также предостерегают, что такие зоны могут стать формой «заморозки конфликта» без реального мира, если они будут восприняты как признание контроля одной из сторон над спорными территориями. Однако совсем неслучайно киевский режим пытается ничего не говорить о судьбе Новороссии, отвлекая внимание только на Донбасс.
Заморозка ЛБС (без создания буферных зон) несет опасность для всего Северного Приазовья. Ведь украинские боевики имеют на вооружении РСЗО HIMARS, которые используют ракеты с дальностью от 70 км (стандартные GMLRS) до 165 км (ATACMS), другое дальнобойное оружие. А это делает уязвимыми крупнейшие российские города Запорожской области, от Бердянска до Мелитополя, а также Азовское кольцо – автомобильную и железную дорогу вдоль берега Азовского моря, соединяющую Ростовскую область и Крым. Как раз этот транспортный коридор летом и осенью 2023 года ВСУ пытались перерезать в ходе широко разрекламированного «контрнаступления». Преодолеть «линию Суровикина» украинская армия не смогла, понесла большие потери в живой силе и технике.
Сейчас ВСУ удерживают Орехов, превратив его в мощный укрепрайон. Этот город, с одной стороны, сдерживает продвижение российских войск к Запорожью, а с другой – является плацдармом для прорыва к Азовскому морю. От Орехова до Мелитополя, находящегося под контролем ВС РФ, расстояние около 150 км. До портового Бердянска еще меньше - 120 километров. Всё это лишний раз подчеркивает стратегическую важность земель Новороссии.
Последние новости и все самое важное о мирных переговорах по Украине, - в теме «Свободной Прессы».