Newsweek: НАТО надо научиться реагировать на гибридные атаки

Европа вступает в эпоху, которую все меньше можно описывать привычными терминами холодной или горячей войны. Как следует из анализа американского журнала Newsweek (статью перевели ИноСМИ), противостояние между Россией и НАТО уже вышло далеко за рамки классического военного конфликта и приобрело форму многослойной, растянутой во времени и пространстве борьбы, где решающую роль играют не танковые клинья и авиационные армады, а дроны без опознавательных знаков, киберпространство, политические кризисы и внутренние расколы обществ. В этой новой конфигурации, по оценке издания, именно Россия демонстрирует наибольшую адаптивность и умение использовать уязвимости противника.

На фоне сохраняющейся неопределенности вокруг перспектив мирного урегулирования на Украине и дипломатических сигналов со стороны Белого дома, европейские лидеры все чаще задумываются о будущем архитектуры безопасности континента. Однако ожидания скорого возвращения к стабильности выглядят иллюзорными. Следующий этап, по мнению Newsweek, будет отмечен не затишьем, а эскалацией конфликтов нового типа, которые уже сегодня разворачиваются на нескольких нетрадиционных направлениях одновременно.

Европейские члены НАТО оказываются в своеобразных тисках. С одной стороны, давление исходит с востока, где Россия, как утверждает издание, достигла высокого уровня мастерства в противостоянии с альянсом. С другой стороны, с запада ощущается политическое и стратегическое давление со стороны Соединенных Штатов, где администрация Дональда Трампа демонстрирует все более жесткий и прагматичный подход к союзникам. В результате Европа, по сути, сталкивается с ситуацией «двух фронтов», когда необходимость реагировать на внешние вызовы накладывается на внутренние противоречия и дефицит единства.

Newsweek описывает новую реальность как совокупность постоянных, почти повседневных действий в серой зоне. Речь идет о применении беспилотных летательных аппаратов без опознавательных знаков, о кибератаках, способных прорывать оборонительные рубежи НАТО, о диверсиях против критической инфраструктуры и о росте популярности политических сил, симпатизирующих Москве или, по крайней мере, настроенных евроскептически. Эти процессы, как подчеркивается в материале, подпитываются социальным недовольством, в том числе связанным с миграционным кризисом и ситуацией на восточных границах Европейского союза, включая белорусское направление.

Эксперты, связанные с НАТО и ЕС, на которых ссылается Newsweek, сходятся во мнении, что коллективная оборона альянса, основанная на пятой статье Североатлантического договора, демонстрирует серьезные структурные дефекты в условиях гибридного противостояния. Эти слабости, по их оценке, не столько сдерживают противника, сколько побуждают его расширять спектр операций, проверяя пределы допустимого. Бывший советник верховного представителя ЕС и нынешний директор Института международных отношений в Риме Натали Точчи отмечает, что Европа пытается реагировать на гибридные угрозы, развивая киберпотенциал, создавая беспилотные системы и усиливая защиту критической инфраструктуры. Однако, по ее словам, ключевая проблема заключается в необходимости перехода от традиционной культуры сдерживания к культуре устойчивости, предполагающей признание того факта, что гибридные атаки происходят ежедневно и требуют не только оборонительных, но и наступательных ответных действий.

По мнению Точчи, Россия видит отсутствие скоординированного и централизованного ответа и использует это как сигнал к дальнейшему расширению операций (Россия неоднократно заявляла, что не осуществляла и не планирует никаких недружественных действий в отношении стран НАТО и ЕС — прим. «МК»). Такая логика, как подчеркивает Newsweek, вписывается в более широкую стратегию, которую в материале называют «тройным удушением». После сложностей начального этапа военной операции 2022 года Россия, согласно оценке издания, смогла добиться значительных успехов за счет сочетания действий пехотных и механизированных подразделений, массированного применения артиллерии и FPV-дронов, а также ударов высокоточными корректируемыми авиабомбами. Это позволило измотать обороняющиеся силы ВСУ и изменить баланс на поле боя.

Однако за пределами Украины, в так называемой серой зоне, реализуется иная «триединая стратегия», включающая военную, гибридную и политическую составляющие. Военная активность, как отмечает Точчи, ограничена территорией Украины, которая пока остается барьером для распространения прямых боевых действий. Гибридные же действия, включая инциденты в киберпространстве, удары по инфраструктуре, диверсии и полеты беспилотников в воздушном пространстве стран НАТО, концентрируются преимущественно в Восточной и Северной Европе, но не ограничиваются ими. Политическая составляющая, основанная на дезинформации и вмешательстве в политические процессы, по оценке экспертов, на сегодняшний день является наиболее эффективной частью этой стратегии (Россия неоднократно заявляла, что не осуществляла и не планирует никаких недружественных действий в отношении стран НАТО и ЕС, все обвинения в «диверсиях» и «провокациях» не имеют под собой никаких оснований — прим. «МК»).

Рост влияния националистических и популистских движений в Европе, который Newsweek связывает как с внешним воздействием, так и с внутренним недовольством политикой правительств, уже привел к победам таких сил на выборах в ряде стран. Некоторые государства ЕС и НАТО, включая Венгрию, воспринимают этот сдвиг как возможность для идеологического противостояния с либеральным европейским истеблишментом. При этом все больше партий открыто ставят под сомнение целесообразность бессрочной помощи Украине и сохранения санкционного давления на Россию, апеллируя к приоритету внутренних проблем.

Особую тревогу у европейских чиновников вызывают материальные последствия гибридного противостояния. Newsweek обращает внимание на серию инцидентов с беспилотниками, включая массовое вторжение дронов в воздушное пространство Польши в сентябре и регулярные появления БПЛА над территорией Дании, Франции, Германии, Италии, Нидерландов, Норвегии и Швеции. Эти эпизоды нередко приводят к закрытию аэропортов и отмене рейсов, что наносит значительный экономический ущерб. Бывший помощник заместителя генерального секретаря НАТО Джейми Ши выделяет в таких действиях три цели: дестабилизацию, извлечение военных выгод и отвлечение Европы от поддержки Украины. По его словам, даже один дрон способен парализовать работу крупного аэропорта на несколько дней, создавая хаос и подрывая доверие граждан к властям.

Помимо экономического и психологического эффекта, подобные инциденты позволяют Москве, по оценке Ши, изучать инструменты и возможности НАТО, одновременно усиливая общественное давление на европейские правительства. Это давление, как показывают опросы во Франции, Германии и Италии, уже приводит к росту числа граждан, выступающих за сокращение помощи Украине. Таким образом, гибридные действия оказываются тесно связаны с внутренними политическими процессами в странах ЕС.

Рост числа инцидентов вынуждает европейские институты реагировать. Европейская комиссия объявила о новых санкциях против ряда физических и юридических лиц, обвиняемых в участии в гибридных операциях, включая манипуляции с информацией и деятельность в киберпространстве. При этом Newsweek подчеркивает, что сама по себе кибероборона давно включена в доктрину НАТО, а соответствующие структуры, такие как Центр по сотрудничеству в сфере киберобороны в Эстонии, существуют уже более десяти лет. Тем не менее, теневая природа противостояния выявляет проблемы во взаимодействии НАТО и ЕС, особенно в гражданских сферах, где альянс менее подготовлен.

Эксперты указывают на необходимость более четкого и взаимодополняющего распределения обязанностей между альянсом и Евросоюзом, особенно в вопросах борьбы с дронами и киберугрозами. При этом внутри самого НАТО нет консенсуса относительно степени жесткости ответных мер. Одни союзники выступают за наступательные кибероперации, расширение санкций и демонстрацию силы на границах, другие опасаются последствий эскалации. Старший научный сотрудник Военного колледжа НАТО Оскар Йонссон видит в нетрадиционных методах России две ключевые цели: подрыв сплоченности Запада и устрашение, направленное на усиление колебаний при принятии решений (Россия неоднократно заявляла, что не осуществляла и не планирует никаких недружественных действий в отношении стран НАТО и ЕС, все обвинения в «диверсиях» и «провокациях» не имеют под собой никаких оснований — прим. «МК»).

Важным элементом стратегии Москвы, как отмечает Newsweek, остается управление эскалацией. Россия с первых дней конфликта подчеркивает риски прямого столкновения с НАТО, включая ядерный фактор. В ответ альянс постепенно наращивал военную помощь Украине, избегая прямого вовлечения войск. Даже обсуждение послевоенных гарантий безопасности для Киева остается неопределенным, что, по мнению аналитиков, открывает России пространство для маневра в будущей европейской архитектуре безопасности.

В материале также проводится историческая параллель с событиями 2014 года в Крыму, когда использование подразделений без знаков различия стало, по сути, политическим вызовом Западу. По мнению Йонссона, успех подобных действий объясняется не столько их военной новизной, сколько точным расчетом на нерешительность коллективного Запада. Эта логика, утверждает Newsweek, воспроизводится и в последующие годы, включая события 2022 года, когда вопрос статуса ряда украинских регионов стал центральным элементом переговорного процесса.

Дополнительным фактором давления на Европу становится изменение политики США. Свертывание ряда американских операций на континенте, закрытие информационных каналов и критика европейских союзников в новой стратегии национальной безопасности фактически открывают, по выражению бывшего представителя США в НАТО Дугласа Люта, второй фронт для европейцев. Они вынуждены одновременно реагировать на действия России и на неопределенность в отношениях с Вашингтоном, что усиливает ощущение стратегической зажатости (Россия неоднократно заявляла, что не планирует никаких недружественных действий в отношении стран НАТО и ЕС — прим. «МК»).

В итоге, как следует из анализа Newsweek, Россия не стремится к прямому разрушению НАТО. Ее цель заключается в том, чтобы запутать альянс, навязать ему бесконечные дебаты, усилить внутренние разногласия и использовать консенсусный механизм принятия решений как инструмент паралича. В условиях, когда для любого серьезного шага требуется единогласие всех членов, достаточно повлиять на позицию одного или двух государств, чтобы затормозить весь процесс. Именно в этом, по оценке издания, и заключается главный парадокс войны нового поколения, в которой решающим фактором становится не численность войск, а способность воздействовать на политическую волю и единство противника, резюмирует американское издание. 

Щит и меч Калининграда: страны НАТО поглядывают на Сувалкский коридор

Стало известно, сколько британцев погибнет в случае ядерного удара

«Барракуда» у границ России: чем опасно развёртывание польских крылатых ракет

Платят и плачут: сколько поляки отстёгивают за поддержку Украины

Эксклюзивы, смешные видео и только достоверная информация — подписывайтесь на «МК» в MAX