Ещё

Послевкусие 11 сентября: как рассорились Россия и США 

Я очень хорошо запомнил это страшное утро 11 сентября 2001 года. Я плыл на пароме из Нью-Джерси в свой офис на . Все было как всегда, я всегда проделывал этот путь из дома на работу. Вдруг я услышал звук. Страшный звенящий звук. Прямо перед моими глазами была башня , из нее валил белый дым. Пассажиры, кто, чертыхаясь, кто плача, кто в полном оцепенении, смотрели на башни-близнецы, символ , поверженные страшной катастрофой.
Телевидение в прямом эфире показывало, как люди в отчаянии, уже не надеясь спастись, прыгали из башен, разбиваясь насмерть. Жертвами самого страшного теракта в истории современной Америки стали почти 3000 человек.
Все это было потом, а тогда я, выскочив с парома, бросился на Манхэттен увозить свою дочь, которая в то время была в Нью-Йорке. Люди вокруг были напуганы, многие плакали, выли сирены, полицейские и пожарные машины проносились перед глазами каждую секунду.
Прошло 18 лет, а звон этих сирен до сих пор стоит у меня в ушах, когда я вспоминаю 11 сентября 2001 года.
В эти тяжелые дни многие помогали друг другу. Я помню, как в Нью-Йорк ехали пожарные из Лос-Анджелеса на помощь своим коллегам в Нью-Йорке, люди добирались из самых отдаленных штатов, чтобы помогать разгребать завалы помогать живым и отдать последнюю дань уважения мертвым. И это был момент, когда мы все объединились, невзирая на цвет кожи и вероисповедание.
Даже ругаемый многими тогдашний мэр Нью-Йорка проявил свои лучше качества «крепкого хозяйственника» и смог наладить работу городских служб в столь тяжелых условиях.
Но были и те, кто наживался на трагедии: таксист-пакистанец в тот день содрал с нас тройную цену. Пока одни американцы, выходцы из Ближнего Востока помогали, кто чем мог, были и те арабоамериканцы, кто радовался произошедшей трагедии.
Отправив дочь с подругой на паром в Нью-Джерси, куда вывозили людей с Манхэттена, я с болью в сердце смотрел на любимый город. Прийти в себя помогли звонки из России Звонили друзья, приятели, даже знакомые, которых я давно не слышал. Голоса были встревожены. Первыми словами было: «Как ты? В порядке?».
В тот день американцам поступило много звонков из всех стран мира — многие были из России. Согласно опросу , проведенному вскоре после трагедии, 54% респондентов выражали сочувствие американцам, 38% возмущались произошедшим, 34% испытывали чувство тревоги, а 25% были напуганы.
Первым из иностранных лидеров президенту США  позвонил президент России . В адрес американского президента была направлена телеграмма, слова которой выражали не просто поддержку, но и дружеское сочувствие: «Дорогой Джордж. Глубоко потрясен сообщениями о трагических событиях, произошедших сегодня на территории США. Серия варварских террористических актов, направленных против невинных людей, вызывает у нас негодование и возмущение…»
Потом были сотрудничество в борьбе с террористами в Афганистане, обмен разведывательной информацией, предложение использовать транзитный пункт в Ульяновске для американских грузов и молчаливое согласие России на то, чтобы США разместили военные базы в Центральной Азии. Как и во времена общей борьбы с нацизмом, США и Россия стояли плечом к плечу в борьбе против общей угрозы мирового терроризма.
К сожалению, это длилось недолго, общая борьба уступила место новым противоречиям, шпионским играм, взаимному недоверию и конфликтам. Объединяясь перед общим злом и вновь разъединяясь, когда зло кажется побежденным, мы вновь начинаем воевать друг с другом, забывая о том, что наши народы принадлежат к общей цивилизации и между нами больше общего, чем различий. Недаром в Америке так любят великого русского драматурга , а на Бродвее часто идут чеховские пьесы.
И дело здесь не только в желании понять «русскую душу» — Чехов гуманист и этим он близок многим американцам.
«Уверяю тебя, что, как брат и близкий к тебе человек, я тебя понимаю и от всей души тебе сочувствую… Все твои хорошие качества я знаю, как свои пять пальцев, ценю их и отношусь к ним с самым глубоким уважением. Я, если хочешь, в доказательство того, что понимаю тебя, могу даже перечислить эти качества. По-моему, ты добр до тряпичности, великодушен, не эгоист, поделишься последней копейкой, искренен…» — писал Чехов в письме своему брату Николаю. Эти слова, даже несмотря на нелегкие времена в наших отношениях, обычный россиянин вполне мог бы написать американцу и наоборот.
Но письма лучше писать в спокойное время, а сейчас на дворе тяжелые времена. В конце концов, хотя мы по-разному смотрим на мир и часто занимаем противоположные позиции по многим вопросам, в том, что касается борьбы с международным терроризмом, мы по-прежнему плывем на одном пароме.
Комментарии65
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео